Эту статью я написал для ведущего портала ландшафтной отрасли ровно 7 лет назад.
Итак, давайте вспомним, из чего состоит любой сад. Этот вопрос задают всем студентам, начинающим обучение ландшафтному дизайну. Естественно, посмотрев программу своего обучения, они быстро дают ответ. Чаще всего он звучит так: «Cад состоит из растений и опыта ваших преподавателей». Получая образование, вы так или иначе закладываете фундамент вашего будущего мировоззрения.
Одной из дисциплин, которую изучают почти все студенты, является история садово-паркового и ландшафтного строительства. Это история архитектурных стилей, продолжающих архитектуру зданий линиями сада, или симбиоз самой архитектуры и растительного наполнения. Живой пример - висячие сады Семирамиды в Вавилоне, построенные в начале VII века до нашей эры. В масштабах описываемых событий роль скамеек или цветочниц не является заглавной и авторы обходят её стороной. Яркое исключение - акцентные фонтаны, скульптуры и цветочницы с деревьями, которые в XVII веке спроектировал Андре Ленотр для императора Людовика XIV. Фактически тот момент, когда сады стали превращаться из утилитарных хозяйств в парки для созидания, мы можем назвать временем появления Малых Архитектурных Форм. Но об этом не пишут в учебниках, это идёт в контексте как само собой разумеющийся факт.
Знания и практика использования городской мебели появляются у студентов в тот момент, когда они получают первое курсовое задание разработать проект благоустройства сквера, аллеи, парка, детского сада или школы. Это классические, знакомые всем нам места, изменение которых в связи с их утилитарной функциональностью почти невозможно. Тогда студенты начинают собирать простой конструктор из дорог, тропинок, деревьев и кустарников, завершая всё подбором классических прямоугольников-скамеек и кружочков-урн.
Вырастая и получая диплом, студенты-ландшафтники становятся практиками, их мировоззрение расширяется, как увеличивается и познание деталей и нюансов профессии. Кто-то посвящает жизнь городскому озеленению, погружаясь в ГОСТы, СНиПы, САНПиНы и геоподосновы в пятисотом масштабе, кто-то выбирает яркий сезонный бизнес частного землевладения, работая самостоятельно, синхронно с садовым центром или же под крылом ландшафтной студии.
О городском озеленении написано и пишется много книг с рекомендациями. Выигрываются тендеры на разработку концепций, но это другая история. Нам же интересен частный дизайн. Итак, повторяем вопрос первой части. Из чего состоит любой сад?
Сад состоит из двух частей. Видимой и невидимой. Видимую часть мы делим на статичную, неизменную часть - это мощение, здания и освещение. И динамичную, к которой мы относим растения. Они способны меняться. Расти, погибать, подвергаться стрижке и формированию. Третьей, отдельной частью любого сада стоит назвать городскую мебель: скамейки, арки, перголы и шезлонги. Невидимая часть - это коммуникации, подземный полив, дренаж, сигнальные провода для газонокосилок и силовые кабели.
Почему уличная мебель является самой интересной частью сада?
Она не статична: вы можете перемещать её по саду, менять цвет и конфигурацию, купив очередной элемент на ваш участок. Скамейка уже давно перестала жить своей простой утилитарной жизнью. Сейчас мы создаем функциональные арт-объекты. Просто «быть удобной» отходит на второй план, сейчас городская мебель в саду может стать связующей нитью, объединяющей дом и сад. Мы можем повторить узоры в заборе в боковине арки, орнаменте опор скамейки и барельефе наличников. Беседка является маленькой копией и продолжением вашего сада. Создавая мебель для сада, мы всё активнее и сильнее стремимся к персонализации, хотя аналогичные требования к простой чугунной скамейке предъявляют уже и власти города.
Архитекторы видят мир иначе. Их взгляд обозревает сад как малое приложение к дому, улице или проспекту. Взгляд архитектора ищет в густой среде живых растений стабильность. Стабильность, которую он понимает и чувствует. Беседку как уменьшенную модель дома, скамейку, напоминающую даже своим названием домашний диван. Он ищет столь привычные для него коммуникации, которые спрятаны в бетоне дорожек (стильные фонари по периметру дорожки), подземный полив и дренаж, расположенный в грунте. Подход архитектора менее эмоционален в истории жизни каждого определенного растения, он воспринимает сад как структурное продолжение планировки дома, автором которого он зачастую и является.
Для большинства населения России «народная марка», которую показывают на федеральном телеканале, понятнее «серебряной медали в Челси» и «золота Малверна». Данные события в архитектурной и ландшафтной отрасли важны в жизни одного конкретного сообщества и, увы, не являются федеральным инфоповодом.
Но сады и посёлки - это всё-таки сегмент эксклюзивного дизайна. Огромная часть населения земли живет в городах. Урбанизация, обескровив деревни, привнесла в мегаполисы элементы и модели загородной жизни, живым примером которой стали городские парки, уютные скверы и даже контактные зоопарки. В жизни городов появились новые лидеры. «Городские урбанисты», устав от протестов и вечной борьбы, молодые нигилисты с высшим образованием обратили свой взор на окружающий мир. На город. Многие, получив образование в России, отправились повышать квалификацию в мировые столицы ландшафтной архитектуры или приглашать специалистов из других стран на разовые лекции или ведение целых курсов в столице нашей Родины. Для кого-то городской активизм стал важной задачей в пределах родного двора за пределами советских субботников.
Так чего хотят от городской мебели молодые городские активисты? Современные технологии. Удобство, функциональность и стиль. Копии классических европейских столиц Лондона, Парижа и Берлина. Города молодых - это страны, границы в которых условны. Города настоящего должны быть доступны каждому. Ограниченные физические возможности человека в XXI веке не должны становится причиной дискомфорта для его проживания. Провода фонарей не должны перекрывать небо мегаполиса, которое офисные жители видят лишь по вечерам. Урбанисты - это те, кто не боится говорить, создавать и требовать. В отличие от поколения экологов, для которых война с системой важнее прогресса, городские активисты, объединяясь с профессионалами, создают прогресс. Городская мебель будущего - это единый симбиоз архитектуры, растений и средового ландшафта. Это диалог студентов - мечтателей, прагматиков-производителей и профессиональных проектировщиков, осматривающих город с высоты птичьего полета квадрокоптера.
А вот тут начинается другая история, связанная с современными технологиями и прагматизмом функционального использования городской мебели. Благодаря прогрессу и потребностям городов скамейки с подогревом после 2014 года перестали быть чем-то удивительным. Мы к ним привыкли. Террасная доска, которую раньше мы так часто встречали у водоемов частных садов, стала повсеместно использоваться производителями скамеек, лавочек и урн.
Города становятся всё более безопасными. Производители фиксируют данный факт не из отчётов полиции или федеральных каналов, а по увеличению числа заказов и спроса на алюминиевую мебель. Термодревесина, созданная из ясеня, уже вполне конкурентна с привычными дорогими видами древесины - дубом и лиственницей. Бетонная мебель вымирает, и, хотя многие ещё пытаются её воскресить, в эпоху повсеместного вай-фая её место постепенно уходит на страницы учебников истории.
Развиваясь в едином ритме с городским озеленением, производители мебели стараются всё реже копировать европейских дизайнеров, стремясь к разработке собственных линеек оборудования для городского благоустройства и детских площадок. Быть доступными и понятными каждому - вот девиз, без которого прогресс невозможен. 3D модели в SketchUp, Revit и ArchiCAD становятся логичным продолжением любого интернет-магазина наравне с фотографиями и прайс-листом.
«Наше время настало!»
Звучала заглавная строчка гимна некогда популярного молодежного форума «Селигер». Именно эта строчка характеризует текущее отношение городского жителя ко всем ранее перечисленным представителям ландшафтной отрасли. Устами простых людей всё чаще разговаривают муниципальные депутаты с застройщиками, управляющими компаниями и органами представительной власти. Города, построенные для прогресса и ускоренного развития человечества, перестраиваются в удобные пространства для рождения, обучения, работы и старости. Города становятся интересными не только для тех, кто в них живет, но и для туристов. Именно желание привлечь туристов становится поводом для благоустройства набережной. Желание привлечь жильцов и продать квартиры в микрорайоне позволяет новой идее дизайнера, архитектора и производителя воплотиться в жизнь. Увы, даже желание выиграть выборы или сдержать предвыборное обещание толкает и двигает прогресс. Простое зарабатывание денег остается только у банальных и экономных перекупщиков европейской и китайской мебели. Но экономя на качестве или лоббируя цену, они лишь временно задерживают процесс созидания, одним из элементов которого и является городская мебель.
